Отходы.Ру

На обочине цивилизации

Опубликовано Редактор 30-12-2005 (5109 прочтений)
Эпоха промышленной революции, начавшаяся двести лет назад, принесла миру не только новые продукты, новые товары, но и нечто совершенно доселе неведомое — все более растущую массу отходов. По-видимому, именно XVIII веком следует датировать первые горы промышленного мусора и первые гигантские свалки, содержимое которых полностью выпадало из замкнутой экологической системы, существовавшей на нашей планете более или менее успешно сотни миллионов лет.

Ну а для века нынешнего помойки являются одним из устойчивых и характерных признаков цивилизации. И если мы отличаемся в этом смысле от американцев и шведов, то лишь тем, что житель Нью-Йорка ежедневно «производит» три килограмма бытовых отходов, гражданин Швеции — два, а москвич около шестисот граммов, что, впрочем, не повод для успокоения, а лишь свидетельство определенных затруднений в товарном снабжении населения.

Во всяком случае, возможности оказаться погребенными под горами мусора, произведенного своими же руками, у каждого живущего на Земле примерно равны. В прямом и переносном смысле.

В прямом — потому, что гора величиной с Эверест легко складывается из бытовых (только бытовых!) отходов, например Италии, всего за двадцать лет.

В переносном — поскольку, кроме бытовых отходов, существуют еще и промышленные, их втрое больше, и восьмая их часть токсична, то есть смертельно опасна не только для нас сегодняшних, но еще более для наших потомков.

Куда же девать этот огромный по объему и неизбежный продукт человеческой деятельности? Очевидно, существует всего два пути — вторичная переработка и уничтожение.

Движение по первому пути, к сожалению, достаточно жестко ограничено. Экологические мечты о полной утилизации всех отходов — только мечты и останутся таковыми в обозримом будущем. Расчеты Европейского агентства по атомной энергии и преодолению чрезвычайных обстоятельств показывают, что реально возможно рекуперировать лишь немногим более 40 процентов промышленных и небольшую часть так называемых твердых бытовых отходов. То есть теоретически, конечно, эту долю можно было бы увеличить, однако потребные для этой цели труд и ресурсы несоизмеримы с полезными результатами: переработка собственных экскрементов в этом случае вполне может превратиться в главное занятие цивилизации, ни на что другое просто не хватит сил.

Но в любом случае отходы прежде всего нужно собрать и выделить из них пригодную для дальнейшего использования составляющую. Что касается бытовых отходов— тут, казалось бы, все просто: от мусорного ведра в каждой квартире через промежуточный контейнер до специализированного предприятия по переработке. Увы, тернии подстерегают нас уже в самом начале.

Население наиболее цивилизованных стран давно привыкло к тому, что разделение мусора по составляющим, есть бескорыстный долг и обязанность каждого гражданина. Посему стекло следует бросать в контейнер, именно для стекла предназначенный, бумагу — в контейнер для бумаги. Точно таким же образом следует поступать с отходами металлическими, деревянными, пластиковыми и пищевыми. Благо все контейнеры неподалеку, стоят рядом и раскрашены в разные цвета дабы исключить ошибку. Эту нехитрую науку в Швеции и Швейцарии, Германии и Дании, а также во многих иных местах всасывают с молоком матери младенцы уже нескольких поколений. К сожалению, в нашей стране, охваченной тотальной сетью учебных программ повышения политической культуры, вопросам культуры быта уделялось так мало места, что даже в столице проект многоконтейнерного сбора бытовых отходов был отвергнут как неосуществимый в силу полного отсутствия традиций. Не приучены мы даже к тому, что перед тем как спускать в мусоропровод пищевые отходы, нужно поместить их в полиэтиленовый пакет или упаковку от молочных продуктов. Это простой, но довольно эффективный способ предупреждения появления в доме крыс и тараканов.

Но дело не только в этом. Даже если бы каждый советский гражданин аккуратно сортировал свое мусорное ведерко, существующее положение изменилось бы ненамного, поскольку переработать полностью даже такое ценнейшее вторичное сырье, как бумага, страна не может. Не хватает мощностей. А уж о стекле, древесных отходах и говорить не приходится.

Кроме того, наши скромные достижения в переработке отходов сегодня существенным образом пересматриваются. Несколько лет назад журнал «Наука и жизнь» (№ 7, 1986 г.) рассказал о проектах отечественных заводов, перерабатывающих твердые бытовые отходы в компост. Технология предусматривала обеззараживание мусора, его сортировку, а в итоге получалось ценное удобрение. Казалось, проблема решена, по крайней мере в обозримом завтра. Однако восторги заметно поутихли, когда выяснилось, что полученный таким способом компост содержит примеси тяжелых металлов, которые неизбежно усваиваются растениями и в конечном счете — через овощной стол, либо коровье молоко — попадают в организм человека. Именно это обстоятельство среди прочих иных послужило причиной закрытия такого завода в Москве.

Изучение проблемы отходов заставляет отказаться еще от одной привлекательной иллюзии. Создать промышленное предприятие с абсолютно замкнутым, безотходным циклом принципиально невозможно. Отходы производства будут существовать всегда, хотя их количество снижается с ростом уровня технологических процессов и оснащенности. Даже если образовать замкнутый цикл производства основного продукта, отходы смежных и вспомогательных участков никуда не исчезнут. Например, автомобильные гиганты ЗИЛ, КамАЗ для того, чтобы утилизировать собственный бытовой, строительный мусор, отходы резины, пластмассы, горюче-смазочных материалов, лакокрасочных участков, должны были бы создать десяток новых производств со сложнейшим оборудованием и технологией. До автомобилей ли тут!

Поэтому основной поток городского мусора движется в направлении мусоросжигательных печей и свалок.

Направления утилизации отходов предприятий пищевой (вверху) и химической (внизу) промышленности в Западной Европе

На диаграммах показана судьба отходов предприятий пищевой (вверху) и химической (внизу) промышленности в Западной Европе. И хотя 9 процентов отходов в первом случае и 14 — во втором фактически исчезают в неизвестном направлении, что крайне беспокоит жителей этих стран, для нас подобные соотношения пока еще недостижимая мечта.

На городские свалки — среди специалистов они называются «полигоны» — в нашей стране вывозится до 98 (!) процентов отходов. Полигон — громадный карьер, на дно которого уложена изоляция, препятствующая проникновению продуктов разложения в почву. По мере наполнения отходами карьер засыпается землей, и роется новый. Карьер нельзя вырыть где угодно — только там, где нет риска загрязнить водоносные горизонты. К тому же в последнее время строительство полигонов все чаще наталкивается на сопротивление населения близлежащих районов. Что ж!

Их можно понять: кому хочется жить рядом с гигантской свалкой. Но также следует понять и то, что в точном соответствии с фундаментальными законами природы мусор не исчезает в никуда. Не попав на свалку, он неизбежно оказывается в лесу, на обочине дороги или у того самого забора, о котором сокрушался гоголевский городничий. И благородные усилия «зеленых» в данном конкретном случае могут иметь результатом лишь передислокацию свалки подальше от себя и поближе к соседу.

Кроме того, свалки просто нельзя удалять от города бесконечно. Рано или поздно наступает момент, когда возить туда отходы становится невыгодно. Три полигона Москвы, принимающие более 6 миллионов тонн отходов ежегодно (а всего десятимиллионный город производит 6 млн. тонн промышленных и 2,5 млн. тонн бытовых), расположены на расстоянии около 100 километров от столицы. Гарантировать, что весь вывозимый из города мусор попадает именно туда, довольно трудно: кто помешает водителю самостоятельно, либо выполняя негласное указание своего руководства, сбросить мусор где угодно, нежели тратить время и топливо. А если к тому же сравнить действующие ныне штрафные санкции за сброс отходов в неотведенном для этого месте (до 50 рублей) и стоимость переработки одной тонны токсичных отходов (от 500 до 1500 рублей), то станет ясно, насколько вообще проблематичны попытки поставить ситуацию под контроль.

По этой причине созданное Моссоветом научно-производственное объединение «Экотехпром», призванное комплексно решать в столице проблему отходов, в первую очередь занялось точным подсчетом всего городского мусора. Ведь до сих пор мы даже не знали достоверно, сколько бомб замедленного действия закладывает городская промышленность под наше и без того хрупкое будущее. Ведь только токсичных отходов промышленных предприятий набирается 700—800 тысяч тонн в год — по 70—75 килограммов на каждую живую душу населения столицы!

Каковы же перспективы?

Одним из распространенных сегодня способов ликвидации (и частичной утилизации) отходов, в том числе и токсичных, является метод пиролиза — термического разложения без доступа кислорода. На цветной вкладке показана принципиальная схема австрийской установки пиролиза, способной перерабатывать 100 тысяч тонн отходов в год. Установка полностью отвечает требованиям экологических норм (которые, кстати, одни из наиболее жестких в Европе), а кроме того, генерирует тепло, горючие газы, в свою очередь, пригодные для обогрева теплиц или производства электроэнергии. Твердые остатки пиролиза используются в качестве компонентов дорожного покрытия.

Несколько подобных установок таким образом полностью снимут проблему ликвидации наиболее опасных отходов большого города. Установки пиролиза предполагается построить в Москве при участии зарубежных специалистов. Заинтересовались ими и власти некоторых других крупных промышленных центров страны. Правда, уже сейчас строительство установок сталкивается с трудностями не только технологического порядка. Установки должны находиться вблизи источников отходов, именно в расчете на это они и проектировались, а значит, поблизости от населенных пунктов. Но как раз этого-то жители населенных пунктов категорически не желают допускать. Фатальное сочетание понятий «токсичные отходы» и «установка по переработке» рождает сильнейшее сопротивление общественности, живущей последние годы в постоянном напряженном ожидании промышленных катаклизмов, подобных чернобыльскому. Люди не против установок вообще — они против установок возле своего дома. Кто бросит камень в них за это!

Морфологический состав ТБО

Таков морфологический состав (в процентах) мусорной корзинки среднего советского горожанина. В этом смысле у нас нет принципиальных различий с жителем любой другой страны, за исключением некоторой разницьз в использовании упаковочных материалов: для нас таковым в основном остается бумага, за рубежом шире применяются пластик и металлы.

Но строить установки где-нибудь за Уральским хребтом и возить туда мусор самолетами, разумеется, невозможно. Общественное экологическое мышление неизбежно должно подняться до осознания того обстоятельства, что промедление в решении проблемы отходов чревато не менее ужасными катастрофами, первыми грозными предупреждениями которых стало отравление питьевой воды в Уфе фенолами, трагедия в Донецке из-за попадания токсичных отходов в шахты. Процесс накопления опасности происходит постоянно. Прервать его мы пока еще в силах. Важно лишь не потерять время. И хотим мы того или не хотим, но рано или поздно нам придется свыкнуться с существованием и цивилизованной свалки, и утилизатора буквально во дворе собственного дома, ибо во дворе соседа будет стоять точно такой же. Надеяться на «чужую» территорию не приходится.

Установка пиролиза отходов австрийской фирмы Фест-Альпине Voest Alpine

Установка пиролиза отходов австрийской фирмы «Фест-Альпине» (Voest Alpine) компактна и сконструирована с тем расчетом, чтобы ее можно было расположить буквально рядом с жилым массивом.

Уже упомянутое НПО «Экотехпром» (а это, пожалуй, единственная пока в стране организация такого профиля) в процессе создания банка информации уже в первые месяцы обнаружило более четырехсот (!) разработанных в нашей стране технологий вторичного использования, утилизации, уничтожения отходов. Многие из этих технологий вполне конкурентоспособны на мировом уровне. Возможностей для приложения усилий предостаточно. Взять хотя бы те же заполненные мусором, отработавшие свое полигоны. Оказывается, они тоже способны приносить немалую пользу. Образующийся в процессе разложения органических отходов биогаз, основной составляющей которого является метан, можно использовать для отопления тепличного хозяйства, жилых домов расположенных неподалеку поселков. За рубежом, собственно говоря, так давно уже и делают. Подобные системы создаются в настоящее время ив нашей стране.

Стеклобой может быть использован для изготовления декоративных облицовочных плиток и керамических глазурей, древесные отходы, помимо хорошо известных древесностружечных плит, пойдут на производство арболита, опилкобетона; из отходов полимеров можно наладить изготовление синтетического волокна, полиэтиленовых труб, сантехнической арматуры, и так по множеству позиций длинного списка отходов.

Но для реализации технологий нужно оборудование, нужны средства, нужны специалисты. Экономическая реформа в какой-то степени помогает решить вопрос. Открываются малые предприятия, занятые сбором и переработкой отходов, создаются совместные предприятия, активнее привлекаются зарубежные партнеры. Однако все это лишь начало. Слишком велик ущерб, нанесенный природе. Чересчур далеко зашли мы в неоглядном легкомысленном безрассудстве. Окончательное избавление от угрозы гибели в отходах собственной жизнедеятельности потребует огромных усилий и средств. Сейчас же реально может идти речь лишь о некотором восстановлении зыбкого баланса, остановке дальнейшего ухудшения ситуации. Главное — успеть!

Б. РУДЕНКО,
специальный корреспондент журнала «Наука и жизнь».
Журнал "Наука и жизнь" №11 1990 г.

Австрийская установка пиролиза отходов способна переработать 100 тысяч тонн мусора в год одновременно снабжая город теплом

На обочине цивилизации

В результате своей жизнедеятельности каждый человек ежегодно «производит» один кубометр (примерно 200 килограммов) твердых бытовых отходов, которые в конце концов оказываются на городских свалках.

Изображенная в верхней части рисунка австрийская установка пиролиза отходов способна переработать 100 тысяч тонн мусора в год, одновременно снабжая город теплом, тепловую электростанцию — горючим газом, химическое предприятие — сырьем и, наконец, дорожные службы — отличным материалом для дорожного покрытия. Лишь совсем незначительная часть исходы продукта (менее 0,1%) по сбора и прессования в брикеты подлежит захоронению. Такие установки — вероятное будущее наших городов, а пока нам предстоит хотя бы научиться утилизировать биогаз — продукт разложения твердых бытовых отходов на городских полигонах. Одна тонна таких отходов генерирует около 200 кубометров биогаза, что эквивалентно примерно двум килограммам угля — не так уж плохо, учитывая огромное количество отходов.

Установленные на действующих и закрытых свалках-полигонах, как и намечается сделать в ближайшее время, системы утилизации биогаза обеспечат теплом и энергией близлежащие поселки, существенно улучшат экологическую обстановку.

Если вы обнаружили ошибки или у вас есть замечания, сообщите нам.
  Печать

Рейтинг 2.71/5
Рейтинг: 2.7/5 (174 голосов)